Про «освободителей»

b_480_0_16777215_00_images_20_05_photo_2020-05-06_16-25-01.jpgВ канун 9-го мая приходится все чаще слышать хронику «освобождения» того или иного города в аналогичный день 1945 года. Вообще, «освобождение» Европы в годы ВОВ – это если уж и не отдельная скрепа, то по крайней мере важная составляющая отечественной пропаганды в целом. С точки зрения прошлого – олицетворение того, как бравые советские рыцари света сражались с «фашистской силой темною…», а с точки зрения настоящего – оправдание любых действий СССР/России в масштабах восточной части упомянутой части света, мол, раз уж мы там всех прямо-таки спасли, так и нечего выпендриваться. Про то, что «освобождение» подразумевает именно изгнание оккупантов без последующего насаждения своих ставленников, само-собой, в рамках существующего культа «Победы» даже думать запрещено.



Конечно, справедливости ради упомяну, что в ряде случаев об освобождении (даже без кавычек) действительно, можно сказать. Например, если речь идет о северных областях Норвегии, откуда после войны красные все же соизволили уйти. Не лишним будет и упомянуть, что в ряде стран, ставших затем оплотом сил Запада ситуация была обратной: был установлен «демократический» режим при активном запросе на коммунистический (Греция). Как бы там не было, в контексте большей части Восточной Европы говорить о подаренной свободе не приходится уж точно. Как минимум это связано с тем, что эти страны и так вполне официально воевали на стороне Германии, причем для воспитанных на советских байках людей особый разрыв шаблона может принести осознание факта, что в рядах союзников немцев оказались и славянские государства вроде Болгарии, Словакии и Хорватии, не говоря уж об отдельных славянских формированиях Вермахта и Войск СС, в том числе и русских, о чем мы тоже неоднократно писали.

Так от кого же тогда освобождали эти страны? От своих собственных правительств? Само собой, учитывая их участие в войне против СССР, если смотреть на вещи с позиции победителей, то их участь вроде бы и не так ужасна. В общем-то, по праву победителей Союз мог (и делал) с ними что хотел, поэтому я оспариваю лишь терминологию. Впрочем, не секрет и то, что об освобождении у нас нынче принято говорить даже в контексте уже и немецких городов, что особенно забавно, учитывая, что некоторые из них (весьма значительную часть) освободили настолько, что собственно Германией эти земли больше никогда уже не стали. Само собой, нацистский режим был в немалой степени преступным и в отношении самих немцев, однако даже в 45-ом году подавляющее их большинство сражалось за свою страну хотя бы из патриотических (но никак не нацистских) убеждений, и в наступающей Красной Армии никаких «освободителей» не видели уж точно.

Ну а отдельный разрыв шаблона уже у меня вызывают сводки об «освобождении концлагерей». Просто вдумайтесь в эти слова, и вы поймете насколько нелепо до ужаса они звучат. Не знаю, как вам, а мне лично кажется, что освободить можно только заключенных там узников. А вот освобождением самих концлагерей активно занимались немецкие военные преступники вплоть до последних дней войны: путем ежедневного прямого уничтожения тысяч людей, имевших несчастье туда попасть, с последующим выпуском на волю через трубы крематориев.

К слову, многие в том числе наиболее известные немецкие лагеря по совершенно зловещей иронии после войны были преобразованы уже в советские тюрьмы НКВД, так что вероятно, никакой оговорки как раз нет: РККА освободила лагерь от немецких вертухаев в пользу совковых.